Я была рыжей столько — сколько себя помню. Первый раз мама покрасила меня хной под предлогом укрепления волос накануне моего первого 1 сентября. Спустя 20 лет она призналась — с волосами у меня проблем не было, просто ей всегда хотелось рыжую дочку. Надо сказать, что цвет был неплох — светло-рыжий, золотистый, очень натуральный. Он напоминал тот, с которым я родилась, и по которому моя мама так скучала.
Надо сказать, что мне повезло — в школе меня не дразнили, хотя к рыжим волосам прилагался целый набор из картавого «р», очков и излишне пухлых щёк.
В 17 лет я пустилась во все тяжкие — драные джинсы, косуха, говнодавы, английская булавка в ухе. В один прекрасный день я покрасилась в зелёный. Про психическое расстройство под названием «сэлфи» в далеком 1998 году ещё никто не слышал, поэтому, фото этого великолепия, увы, не сохранилось.
Покрасилась я тогда оттеночным шампунем «Тоника» оттенка «Изумруд». Подозреваю, что сейчас такой уже не выпускается, а если и выпускается, то только где-то в районе Малой Арнаутской 🙂
Уши, шея, лоб, ванная, ну и, конечно волосы получились отменно зелёными. Ванная отмылась через месяц, кожа — через неделю, а вот волосы уже через пару помывок стали какого-то непередаваемого псивого оттенка, больше всего напоминающего пожухшую траву на заправке в конце октября. И дальше уже не смывались.
Журфаковская тусовка стала именовать меня «русалкой канализационной». Пришлось закрашивать.
Вместо обычных 15-20 минут на этот раз хну я держала на волосах всю ночь, но на солнце псивость всё равно проглядывала. Тогда поверх хны я полирнула волосы другой «Тоникой», на этот раз в оттенке «Золотой орех». Зелень наконец-то успешно закрасилась.
Результат был примерно таким:
С тех пор я регулярно подкрашивала корни, обычно один раз в две недели, но никак не реже одного раза в три недели, потому что отрастающие светлые корни смотрелись просто ужасно. Казалось, что я лысая, а рыжие волосы — это так, сползающий парик.
Кроме того, все мои знакомые находили мой рыжий очень сексуальным, и я бдительно поддерживала легенду о том, что это мой натуральный цвет. Каюсь, красила хной всякие неожиданные места, например, брови 🙂
Хочу сказать, что вопреки расхожему мнению, хна мои волосы нисколько не сушила. Наоборот, они были толстыми и влажными, как ванты на паруснике во время шторма 🙂
Моя обычная длина — по пояс или чуть ниже. Качество волос — одинаковое по всей длине. Жаловаться не на что. Разве что на однообразие.
Поэтому, я увлеклась афропричёсками. Не исключаю, что именно благодаря укрепляющему воздействию хны, мои волосы выдержали и брейды, и афро, и кёрли, и зизи, и всё вот это много раз подряд.
За 23 года окрашивания хной я так свыклась с рыжим цветом, что не могла представить себя ни с каким другим. С афро другого цвета ходила максимум по две недели, а потом расплеталась. Блондинок сдержанно презирала за блёклость, брюнетки, напротив, очень нравились, но мне вполне хватало чёрного парика. Несколько вопросов по дороге в универ в стиле «Девушка, вы работаете?» напрочь отбили все мои намерения перекраситься во что-то темнее бронзы:)
И вот однажды судьба всё расставила на свои места. В первый раз заболел мой полугодовалый ребенок. Бронхит, температура, у молодой мамаши, понятно, паника и полный раздрай в башке.
Я не верю во всю эту инь-янь-хрень, но помню, как тогда взмолилась: «Господи! Пусть я перекрашусь в блондинку! Пусть меня бросит муж! Только бы ребёнок поправился!
Что характерно (хоть и не имеет отношения к теме бьюти), через пять минут температура у ребёнка спала, через день он полностью выздоровел, а через неделю мы с мужем разошлись как в море корабли 🙂
Я, в ту пору совершенно не приспособленная к самостоятельной жизни, и внезапно одинокая рыжая тридцатилетняя женщина, пустилась в свободное плавание. Ребенок 24на7 — это вам не шубу в трусы заправить. Тут не до отрастающих корней, тут бы найти время на пописать.
Ребёнок рос, волосы тоже.
Через пару месяцев стало понятно, что с этим надо что-то делать. Возвращаться в рыжий для меня было равносильно возвращению в прошлую жизнь, поэтому было решено бороться с хной всеми доступными способами.
Понятное дело, сначала я отправилась в рейды по салонам. Независимо от уровня заведения, все предложения сводились к одному — резать к чёртовой матери!
Резать было жалко, я решила вытравливать.
Народная мудрость ака интернет рекомендовала масляные обёртывания, лимонный сок, яблочный уксус, ромашковый настой и Супру.
Как оказалось — вся эта кухня (за исключением Супры) действительно улучшает состояние волос, которые приходится снимать с «оранжевой» иглы. Масло вытягивает частички хны из волоса и питает его, кислотные ополаскивания осветляют и делают волосы блестящими. Но корячится нужно ежедневно. То ли дело Супра! Ррраз — и готово! Можно бриться налысо.
Супру я отмела сразу же, заменив всё это дело на осветляющий спрей John Frieda Go Blonder. Спрей наносила только на границу окрашенных и неокрашенных волос, чтобы сгладить переход. В инструкции по применению сказано, что после нанесения волосы, их нужно сушить горячим феном. Я не сушила, так как боялась сильного осветления, и правильно делала. Необходимый мне едва заметный эффект проявлялся и без нагревания, но при этом появился и побочный эффект — сухость, ломкость, пористость.
Поэтому, при первой же возможности я заменила John Frieda Go Blonder на осветляющий лореалевский гель Casting Sunkiss Jelly в самом светлом оттенке (для русых и светло-русых волос) — он как раз только появился в продаже. Его я наносила уже на всю длину, окрашенную хной. Благодаря этому гелю темно-рыжий постепенно превратился в светло-рыжий и вскоре почти слился с моим натуральным оттенком. При этом никакого обезвоживания или других проблем с волосами я не заметила.
Так прошло около полугода — хна заметно отросла и посветлела (см фото).
На этой фотке хорошо видна граница между натуральными отросшими и окрашенными (прошло два года), но уже осветленными гелем, волосами. Здесь выкручен контраст, в реальности граница своего блонда и крашеного хной рыжего была почти незаметна, и смотрелась как шатуш наоборот:)
Если сравнить с исходным вариантом, то можно убедиться, каких потрясающих результатов я достигла пр помощи осветляющего лореалевского геля и чьей-то матери:
Вот для сравнения еще пара фоток (прошел ровно год).
Прошло 2,5 года.
Да, одновременно с выведением надоевшей хны, я понемногу подравнивала кончики. Сначала стала состригать по паре сантиметров примерно раз в три месяца, потом познакомилась с чудесными мастерами из Dessange и Cut and Color, и вошла во вкус.
Точку в этом волосяном триллере поставила моя подруга и супер-парикмахер Яна Женерос, которая пару недель назад отмахнула мне пол длины и заодно — всю оставшуюся хну. Но ничо, выглядит отлично, кроме того, волосы не ноги — отрастут!
Главное сейчас — не заскучать, и снова не покраситься в рыжий:)
Кстати, друзья и близкие до сих пор по старой привычке зовут меня «Рыжая», и осветлители тут не помогают:)
ох уж этот Золотой Орех! )))))
Жгучая хрень!)))